Голова под ботинком
«Эли», получивший в Каннах награду за лучшую режиссуру, стал еще одной премьерой «Молодости-2013» из секции «Фестиваль фестивалей». Фильм начинается многообещающе: окровавленную голову сдавливает чей-то ботинок. Этот кадр наилучшим образом обобщает как саму картину, так и состояние аудитории, которую режиссер точно так же хочет мучить.
После начальной сцены с телами неизвестных жертв зрителя знакомят с главным героем – юношей Эли. Он работает на заводе, бедно живет в двух комнатах с женой, сыном-младенцем, сестрой и отцом. Причем всю эту информацию режиссер хитро рассказывает донельзя простой сценой: Эли отвечает для анкеты по переписи населения. Дальше видим, как жена Эли рассказывает гинекологу, что после родов у нее так и не появилось желание, а его сестра – школьница лет двенадцати от силы – встречается с Бето, учащимся в школе милиции. Кошмар начинается, когда герои совершают весьма глупые поступки: один прячет украденные наркотики в самом неприспособленном тайнике, другой находит их и уничтожает. А порчу своего имущества наркокартели не прощают.
Режиссер «Эли» Амат Эскаланте начинал в середине нулевых как ассистент своего именитого соотечественника Карлоса Рейгадаса. Но рейгадасовской холодной нежности здесь нет, как и погружения в персонажей. Курсант Бето остается парнем, который украл кокаин, его подружка – влюбленной школьницей, позже жертвой насилия. Да и Эли, ради которого, собственно, было затеяно жестокое действо, именуемое фильмом, не раскрывается дальше потребностей выжить и возобновить интимные отношения с недавно родившей женой.
Второстепенные темы в фильме не безынтересны. Мексика здесь обречена. Стражей порядка готовят с особым садизмом, например, заставляя валяться в чужой блевоте. Потому естественно, что палачи от наркокартеля приезжают к жертвам под видом полиции. Правительственная акция по сжиганию наркотиков похожа на фарс, как и поведение женщины-детектива, домогающейся потерпевшего мужчину.
Режиссер ведет зрителя по фильму, как по запутанным коридорам какого-нибудь обшарпанного госучреждения: по дороге обязательное встречается что-то неприятное, а в какой именно кабинет надо, разобраться трудно. Эскаланте, кажется, хотел сказать и о бессилии власти перед наркокартелями, и о культе насилия, получившем новое воплощение благодаря модным гаджетам и Интернету. В какой-то момент начинает казаться, что вся история лишь о том, что Эли не может наладить сексуальную жизнь с молодой супругой.
На киносмотре во Франции «Эли» обсуждали в основном из-за сцены с подожженным пенисом и наркоторговли, заявленной в синопсисе как тема. В этом и подвох: ждешь от картины кровавого карнавала нон-стоп, а получаешь историю о переживших насилие, продолжающих жить несмотря ни на что. Жить и молчать, как истерзанная сестра Эли. Молчать, как охваченное беззаконием общество, показанное в фильме.