Карате кид

Первые популярные на Западе фильмы о боевых искусствах не предназначались для детей. «Выход дракона» с Брюсом Ли, например, расценивался цензорами наравне с порнографией, и в некоторых странах он был вовсе запрещен. Однако, несмотря на все попытки оградить школьников от насилия, мальчишки быстро стали главными западными фэнами экранных единоборств.

Почему? Потому что такие фильмы давали ребятам простой ответ на самые важные для них вопросы: «Как стать круче? Как дать отпор хулиганам? Как произвести впечатление на друзей?» В отличие от взрослых, дети не могли больше зарабатывать, не могли носить оружие, не могли сменить круг общения. Для многих парней спорт и боевые искусства были единственным способом самосовершенствования. Причем если для попадания в команды по бейсболу, баскетболу, американскому футболу нужны были приличные исходные данные, то клубы боевых искусств обещали успех всем, кто будет прилежно заниматься.

Неудивительно, что в начале 1980-х, через десять лет после премьеры «Выхода дракона», половина учеников в американских школах восточных единоборств были младше 18 лет. И это несмотря на то, что тогда в США было много людей, «заразившихся» карате и кунг-фу во время армейской службы на Дальнем Востоке. Поэтому рано или поздно должен был найтись продюсер, который бы подарил школьникам фильм о карате с похожим на них американским героем.
В отличие от будущих зрителей «Парня-каратиста», продюсер Джерри Вайнтрауб не был молод. Не был он и поклонником боевых искусств. Его главным увлечением и многолетней специальностью была музыка. В 1960-х он выступал на сцене, в 1970-х — работал промоутером и менеджером, среди его клиентов были Элвис Пресли и Led Zeppelin. Трудно придумать что-то более далекое от карате, но годы, проведенные в поп-индустрии, приучили Вайнтрауба отслеживать молодежные интересы. И когда в конце 1970-х продюсер начал вплотную заниматься кино, то после комедии Карла Райнера «О, боже», триллера Уильяма Фридкина «Разыскивающий» и драмы Барри Левинсона «Закусочная» Вайнтрауб решил создать подростковую картину на основе газетной заметки о парне, который всерьез занялся карате, потому что его донимали школьные хулиганы.

Не будучи специалистом по жанру, Вайнтрауб тем не менее быстро понял, кого надо пригласить режиссером. Джон Эвилдсен в 1976 году прославился на весь мир, когда снял «Рокки». А поскольку его последующие постановки не были столь же успешны, то Эвилдсен был готов вновь войти в прежнюю реку и снять еще одну ленту о «лузере», который повышает самооценку с помощью жесткого спорта.
Удивительно к месту пришлась и основная жанровая специальность режиссера — комедии. Ведь рассчитанный на подростков «Парень» должен был быть легкомысленнее и позитивнее, чем суровый фильм с Сильвестром Сталлоне.
Благодаря «Рокки» Эвилдсен многое знал о боксе, но, как и продюсер, он был полным профаном в карате. Поэтому картине был нужен сценарист, разбирающийся в единоборствах, и Вайнтрауб нанял Роберта Марка Кеймена (будущего соавтора Люка Бессона). Новичок в Голливуде и антрополог по образованию, Кеймен к тому времени уже много лет занимался карате, и он написал сценарий, вдохновляясь собственными школьными бедами и обучением у эксцентричного сэнсея с острова Окинава, родины «пустой руки» (так буквально переводится «карате»).

Актеры и каратисты
В реальной жизни спорт увлекает непредсказуемостью. Напротив, в кино победитель предопределен сюжетной логикой, и потому хорошие спортивные фильмы ставят на кон нечто большее, чем банальная победа, и содержат дополнительные сюжетные линии, заставляющие зрителей сильнее переживать за главных героев.

«Парень-каратист» в точности следовал жанровым законам. Старшеклассник Дэниел Ларуссо не просто участвовал в турнире по карате. Он наказывал задир, которые не стеснялись обижать слабых и нарушать спортивные правила. Кроме того, юноша отстаивал свою честь и достоинство, а также завоевывал сердце обаятельной Али, бывшим парнем которой был один из врагов Дэниела.

Отношения Ларуссо с сэнсеем Мияги также не были сугубо спортивными. Растущий без отца Дэниел нуждался в человеке, который мог бы показать ему, что значит быть настоящим мужчиной. В свою очередь, мистер Мияги, потерявший во время Второй мировой жену и ребенка, обрел в лице Дэниела не только ученика, но и сына, А поскольку в начале 1980-х фактическая или ощущаемая безотцовщина стала весьма распространенной (бывшие хиппи были не столь мужественными отцами, как их родители-ветераны), многие юные зрители легко ставили себя на место Дэниела и учились у мистера Мияги тому, чему их не могли научить настоящие родители.

Помимо написания сценария Кеймен участвовал в разработке боевых сцен «Парня». Однако основным боевым хореографом фильма был Пэт Джонсон, многократный чемпион Америки и мира, бывший старший преподаватель в академии Чака Норриса, создатель собственной школы боевых искусств и один из каскадеров, снимавшихся в «Выходе дракона». Помимо прочего, Джонсон, строгий и суровый учитель, был одним из прототипов главного отрицательного героя «Парня» — жестокого Джона Криза, сэнсея школы «Кобра Кай». Хотя суровость Джонсона никогда не переходила в садизм.

Среди мастеров, привлеченных Джонсоном к работе над «Парнем», был японский мастер Фумио Демура, один из ведущих учителей карате в Америке. Демура был идеальным кандидатом на роль Мияги (подходящая внешность, боевое мастерство, японский акцент), но он не был актером и считал, что не справится со столь сложным образом. Поэтому в фильме Демура снимался как дублер Нориюки «Пэта» Мориты.

В отличие от соплеменника, Морита был уроженцем Калифорнии. Он говорил на идеальном английском и до съемок в «Парне» не имел дела с карате. Зато он был опытным эстрадным комиком и актером — внимательные телезрители знали его по второстепенным ролям в популярных ситкомах «Полевой госпиталь MASH», «Счастливые дни» и «Сэндфорд и сын». Однако лишь «Парень-каратист» смог принести ему настоящую славу.
Главную роль в картине играл Ральф Маччио. Итальянец из окрестностей Нью-Йорка (как и его герой), он был известен публике по нескольким телепроектам и драме Фрэнсиса Форда Копполы «Изгои», которая также имела большое значение для карьер целой плеяды молодых актеров — от Тома Круза до К. Томаса Хауэлла из «Попутчика». Во время съемок «Парня» Маччио было 22 года, но даже его экранные партнеры считали, что парень выглядит как старшеклассник. Одним из этих партнеров была Элизабет Шу, ранее игравшая в рекламе и дебютировавшая в «Парне-каратисте» после отказа сниматься в эпике «Однажды в Америке» (вместо Шу у Серджо Леоне дебютировала Дженнифер Коннелли).

Даже по меркам Голливуда начала 1980-х «Парень-каратист» был скромным и малобюджетным проектом, но инвесторы все равно волновались и требовали от Эвилдсена, чтобы в фильме было побольше драк и поменьше разговоров. Однако режиссер отстоял все «лишние» сцены и не ошибся. Когда картина вышла в прокат, эти эпизоды принесли Морите номинацию на «Оскар» (уникальный случай в истории жанра) и помогли публике влюбиться в персонажей. А где любовь зрителей, там доходы продюсеров. «Парень» в одной только Америке заработал более 90 миллионов долларов и в дальнейшем стал долгоиграющим хитом на видео и кабельном ТВ.

Герой другого времени
В 1986-м, через два года после премьеры «Парня-каратиста», вышел сиквел «Парень-каратист 2», также поставленный Эвилдсеном и написанный Кейменом. В коммерческом отношении это была еще более удачная картина, чем ее предшественница, но в сюжетном плане она была повторением пройденного — с заменой Калифорнии на Окинаву, куда Дэниел и Мияги приехали, чтобы повидаться с умирающим отцом сэнсея.

Появившийся в 1989 году третий фильм, также с участием Эвилдсена, Кеймена, Мориты и Маччио, был и вовсе высосанным из пальца бредом, а четвертая картина «Еще один каратист» (1994), где из ведущих создателей оригинала остался лишь Морита, вошла в историю кино лишь потому, что в ней свою первую главную роль сыграла Хилари Суонк. В принципе, замена героя на героиню была интересной идеей, но сменившие Эвилдсена и Кеймена Кристофер Кейн и Марк Ли не смогли выжать из нее ничего достойного, и сериал отправился на заслуженный отдых.

Однако слишком долго ему отдыхать не дали. В 2006 году Уилл Смит выпустил как продюсер и исполнитель главной роли драму «В погоне за счастьем». Вместе со звездой «Людей в черном» в картине снимался его младший сын Джейден. А поскольку парень не только не посрамил отца, но и получил за «В погоне за счастьем» несколько призов, включая кинонаграду MTV, то Смит-старший решил, что мальчику пора играть главные роли и зарабатывать деньги.
Когда первый «Парень-каратист» вышел в прокат, Уиллу Смиту исполнилось 16 лет, у его родителей были проблемы, и картина запомнилась будущему актеру сильнее, чем многим парням его цвета кожи, которые в то время со скепсисом относились к «белым» фильмам. Поэтому Смит быстро вспомнил «Парня-каратиста», когда речь зашла о новых ролях Джейдена, и решил, что ремейк будет для сына отличным началом самостоятельной карьеры. Поскольку от парня потребуется не актерский опыт, а врожденное обаяние и упорная работа. Которой лучше научиться до того, как в жизни Джейдена появится слишком много голливудских соблазнов.

Так как в наше время Япония в США ассоциируется с чем угодно, но только не с карате, а Китай превратился из загадочной коммунистической державы в надежного экономического партнера, то новую картину решили выстроить вокруг переезда главного героя вместе с мамой в Пекин. Мол, парнишка с трудом вписывается в новую для себя культуру, получает по почкам от ровесников-кунгфуистов, но затем находит выдающегося учителя и на турнире показывает соперникам, где раки зимуют.
Когда «Каратэ-пацан» задумывался, одной из самых востребованных и популярных китайских звезд неожиданно стал создатель «Шаолиньского футбола» и «Разборок в стиле кунг-фу» Стивен Чоу. Поэтому Смит решил пригласить Чоу на вторую главную роль, рассудив, что 45-летний китаец не окажется слишком похож на старика Мияги и при этом будет логично смотреться в роли суррогатного отца для 11 -летнего Джейдена.
Чоу заинтересовался предложением Смита, но не нашел времени для съемок в своем графике. Зато сыграть в «Пацане» согласился Джеки Чан, все еще цепляющийся едва ли не за любую возможность сняться в голливудском кино. Хотя трудно отрицать, что роль мистера Хана как будто для него придумана, потому что Чан — Морита и Демура в одном лице, профессиональный комик и мастер боевых искусств. Кроме того, для него это редкая возможность не только показать кунг-фу в кадре, но и поговорить о его философии. Со своей стороны, оба Смита, давние поклонники фильмов Чана, с радостью согласились поработать с китайским классиком.

Также работу в «Пацане» получили Тараджи Хенсон (номинантка на «Оскар» за «Загадочную историю Бенджамина Баттона») и уроженец Пекина Юй Жунгуан («Воин», «Большой солдат»). Первая сыграла мать Дре, персонажа Джейдена Смита, а второй — жестокого мастера Ли, наставника противников Дре. Детские китайские роли были распределены между специально отобранными юными мастерами кунг-фу, а Мишель Йео («Мумия 3», «Крадущийся тигр, затаившийся дракон», «Завтра не умрет никогда») по старой дружбе с Джеки Чаном и Голливудом снялась в эпизоде тренировки на горе Удан.

Пекинское турне
В начале работы над «Пацаном» предполагалось, что Уилл Смит дебютирует как режиссер. Однако затем актер передумал, и после долгого «кастинга» постановщиков проект попал в руки норвежца Харальда Цварта. Который приложил много усилий, чтобы убедить продюсеров, что он, известный в США лишь по комедиям «Агент Коди Бэнкс» и «Розовая пантера 2», способен поставить более серьезную и глубокую ленту. Что касается сценария, то его написание было доверено дебютанту Кристоферу Мерфи.

Переложив режиссуру на чужие плечи, Смит-старший смог сосредоточиться на организации съемок в Китае. Тем временем его сын упорно тренировался, дабы не выглядеть «лу-зером» на фоне китайских ребят. Разумеется, Джеки Чан был слишком занят, чтобы лично тренировать парня, но он выделил в помощь Джейдену У Гана, одного из своих ближайших сотрудников и координатора трюков каскадерской команды Чана. Всего на обучение Смита-младшего ушло семь месяцев — три месяца перед началом съемок и четыре месяца во время работы в Китае. Некоторые из техник, которые У Ган использовал на тренировках, были включены в фильм, чтобы придать ему большую реалистичность.
Всерьез поработать над собой пришлось и снимавшимся в фильме китайцам. Конечно, их не требовалось обучать азам кунг-фу, но почти ни у кого из ребят не было опыта экранных боев, и каскадеры Чана наставляли их в искусстве изображения поединка. Поскольку Джеки хотел, чтобы экшен снимался в контакте, мальчишки должны были не намечать удары, а наносить их — разумеется, не в полную силу. Это намного сложнее, чем просто махнуть рукой и надеяться, что операторы превратят взмах в удар.

Когда Цварт прилетел в Китай и начал снимать, он вскоре заметил, что работает с огромной съемочной группой, которая сделала бы честь блокбастеру Майкла Бэя. Зачем двадцать трейлеров с сотрудниками и оборудованием, если нужно снять простую уличную сцену? Цварт настоял на том, чтобы на съемках присутствовали только самые необходимые люди, и, по его словам, это не только упростило организацию работы, но и создало «семейную» атмосферу артхаусного полотна. Которая одновременно раскрепощала юных актеров и помогала им понять, что они — самые важные люди на съемочной площадке, а не маленькие винтики в огромной бизнес-машине.
Основные съемки «Пацана» проходили на территории Пекинской киностудии, и голливудцы смогли воспользоваться несколькими зданиями в разных архитектурных стилях, ранее построенными китайскими киношниками для других постановок. Так что даже если в кадре «Пацана» не настоящие пекинские улицы, то это не голливудская «клюква», а аутентичные китайские строения. С другой стороны, в фильме поддельный Детройт, родной город Дре. Потому что американские сцены ленты также снимались в Пекине, на улице, выстроенной в западном стиле.

Китайские власти позволили голливудцам работать не только на пекинской киностудии и городских улицах, но также и в знаменитом императорском дворце «Запретный город». Команда «Пацана» была первой западной съемочной группой во дворце со времен «Последнего императора» Бернардо Бертолуччи. Также съемки велись у Великой китайской стены и в храмах на горе Удан, а заключительные боевые сцены снимались на спортивной арене одной из пекинских академий кунг-фу. Эти эпизоды создавались последними, чтобы юные актеры подошли к ним максимально подготовленными.

Выход «Каратэ-пацана» в прокат сопровождался бурей критики фэнов исходной картины, настаивавших на том, что она не нуждается в ремейке. Однако лента Цварта посрамила все прогнозы, заработав на время написания статьи более 120 миллионов при 40-миллионном бюджете. Оказалось, что в наши дни, когда многие взрослые предпочитают смотреть кино дома, семейные фильмы продолжают зарабатывать. Если, конечно, это не дурацкие «Элвин и бурундуки», а постановки, которые искренне развлекают детей, учат их добру и объясняют, что только упорство и труд могут превратить мальчика в мужчину.